3. Изучение РОИ в современной социолингвистике 3.1. РОИ и процессы пиджинизации
В исследовательской литературе по креолистике нередко постулируется связь между РОИ и процессами пиджинизации. Истоки этой концепции находят уже у Г. Шухарта, основателя креолистики как самостоятельной лингвистической дисциплины (Meijer, Muysken 1977: 31).
Л. Блумфилд предложил бихевиористскую модель возникновения пиджина, связав этот процесс с РОИ, – носители доминирующего языка (европейцы, белые) имитируют неправильную речь носителей субдоминантного языка, повторяя их ошибки. В результате неправильная разновидность языка окончательно усваивается местным населением, и таким образом возникает пиджин (Bloomfield 1933: 472–473).
Несомненная близость между РОИ и пиджинами и креольскими языками проявляется в общих лингвистических особенностях – ограниченный словарь, упрощенная грамматика, высокая вариативность, зависимость от контекста, семантическая прозрачность и т. д. Такая близость может толковаться по-разному – как прямая генетическая связь или как проявление некоторых универсальных стратегий. В первом случае, как и в теории Л. Блумфилда, возникновение контактного языка (не обязательно пиджина) объясняется через привлечение понятия РОИ. Так, например, в работе (Chaudenson 1986) предлагается модель процесса постепенной креолизации французского языка без стадии пиджинизации – из прекреольского состояния, включающего различные маргинальные разновидности французского языка (РОИ, ломаный французский язык местного населения и т. д.). Кроме того, влиянием РОИ могут объясняться некоторые частные черты грамматики контактного языка. Например, глагольные формы, употребляемые в существующем в Эфиопии пиджине на итальянской основе, возводят к употреблению итальянцами преимущественно этих форм при общении с иностранцами (Bender et al. 1972).
Более широкий подход – универсалистская концепция, включающая РОИ наряду с другими явлениями, такими как interlanguage (упрощенная языковая система, существующая в сознании изучающего второй язык), усвоение первого и второго языка, пиджинизация и креолизация, в число универсальных стратегий упрощения, которые действуют независимо от особенностей исходной языковой системы. В качестве подтверждения этой теории обычно привлекают сходные лингвистические черты, проявляющиеся в пиджинах и РОИ независимо от языков-источников. Так, например, для всех территориальных и социальных разновидностей немецкого языка использование артиклей является обязательным, а в РОИ артикли опускаются. Специфической же чертой пиджинов, в особенности на базе германских и романских языков, как раз и является отсутствие артиклей. Поскольку эта черта, также как и многие другие, проявляется в речи даже тех иностранцев, в родном языке которых артикли существуют, что, казалось бы, должно облегчить им усвоение этой категории в иностранном языке, можно говорить о том, что стратегии эти носят универсальный характер (Romaine 1988: 211). «Упрощение можно, таким образом, считать универсальной стратегией усвоения языка, основанной на расширенном применении правил. Сверхобобщение и аналогия – это проявление одного и того же процесса» (Richards 1975: 118).
Крайний вариант универсалистской гипотезы – теория биопрограммирования Д. Бикертона. Согласно этой концепции, и процессы пиджинизации и креолизации, и стратегии усвоения как родного, так и неродного языка являются результатом действия единого, биологически запрограммированного механизма. Врожденные представления каждого человека о языке и способе его усвоения при наличии языковой среды срабатывают одинаково, различия же определяются конкретными условиями применения этих стратегий. Поэтому нет смысла задавать вопрос, являются ли пиджинизация и усвоение неродного языка разными сущностями, “пиджинизация – это усвоение второго языка при ограниченных входных данных, а креолизация – усвоение первого языка при ограниченных входных данных” (Bickerton 1977: 54–55). Как одно из доказательств этой теории приводится тот факт, что при изучении иностранного языка большинство ошибок, допускаемых учащимися, вызваны не влиянием родного языка (интерференцией), а универсальными механизмами, так как они совпадают с ошибками, встречающимися в речи детей, изучающих родной язык.
3.2. РОИ и усвоение второго языка
Другая область, с которой связано изучение РОИ, – усвоение второго языка (second language acquisition). При этом обычно рассматривают не только усвоение языка в ситуации целенаправленного обучения, но и естественное освоение языка в результате общения с его носителями.
Нередко отмечается, что роль РОИ при усвоении второго языка сравнима с ролью регистра общения с детьми (baby talk) в усвоении языка ребенком. Эта речь, которую слышит изучающий язык, на основании которой он строит свою языковую систему, обозначается термином input.
В рамках исследования усвоения второго языка обычно рассматривается «правильный», чаще всего, преподавательский РОИ, не нарушающий нормы языка. С этой точки зрения, РОИ и используемые в нем стратегии дают возможность изучающему язык с бóльшим успехом понимать обращенные к нему высказывания, принимать участие в диалоге, повышает мотивацию учащегося (Hatch 1983). Таким образом, интерес исследователей направлен прежде всего на изучающего иностранный язык, а не на носителя изучаемого языка, исследование РОИ носит, скорее, вспомогательный характер. В частности, РОИ с большим количеством аграмматических высказываний может привлекаться для объяснения того, что прогресс усваивающего язык иностранца оказывается крайне незначительным (Schumann 1976).
Еще одно направление в рамках исследования РОИ с точки зрения усвоения второго языка – выявление закономерностей, связывающих присутствие в речи носителя языка определенных морфологических и синтаксических форм с усвоением их иностранным учащимся. При этом целью таких исследований, как правило, является изучения порядка освоения различных грамматических элементов (Wagner-Gough, Hatch 1975).
3.3. РОИ и процессы аккомодации
РОИ как регистр языка, то есть реальное речевое поведение носителя в ситуации общения с иностранцем, а также связанные с ним культурные стереотипы, то есть представления людей о том, как говорят иностранцы и как следует или не следует с ними разговаривать, представляет собой комплексную проблему, связанную с двумя направлениями в социолингвистике и социальной психологии. С одной стороны, это теория аккомодации, установки на адресата сообщения, дискурсный анализ и анализ взаимодействия в диалоге (interaction), а с другой – проблема отношения к языку, роль стереотипов в коммуникации, изучение представлений носителей языка об их собственном языке («народная лингвистика»).
Теория аккомодации рассматривает речевое поведение говорящих как взаимную адаптацию к речи собеседника, в основе которой лежат социально-психологические процессы. (см.: Giles, Smith 1979; Thakerar et al. 1982). С точки зрения теории аккомодации, РОИ – приспособление, адаптация говорящего к речи собеседника, обладающего значительно меньшей языковой компетенцией. «Если говорящий одноязычен, или, даже если он двуязычен, но не имеет с собеседником общего языка, единственная возможность адаптации для него – модифицирование своего языка» (Hamers, Blanc 1993: 147).
В исследованиях РОИ с этой позиции, как правило, обнаруживается статистически достоверная связь между ошибками, которые допускает в своей речи собеседник-иностранец, и стратегиями упрощения, к которым прибегает носитель языка (Snow et al. 1981: 87–89). В отличие от подхода с точки зрения усвоения второго языка, акцент делается не на влияние носителя языка на иностранца, а на приспособление носителя к «ломаной» речи иностранца. Однако, например, в других работах было показано, что даже в случае, когда носитель языка осознает какую-то постоянно повторяющуюся у иностранного собеседника ошибку, он не обязательно повторяет ее (Katz 1977; 1981). Иными словами, в своей ориентации на не вполне компетентного в языковом отношении собеседника носитель языка может ориентироваться не столько на конкретные особенности его речи, сколько на свои представления о РОИ.
3.4. РОИ и отношение к языку
С отношением к языку связана проблема использования или неиспользования РОИ в зависимости от того, как оценивается этот вариант языка.
Реакции людей на «ломаную» речь могут быть различными в разных культурах (например, носители английского языка считаются более терпимыми, чем французского, что также может являться стереотипом – Nickel 1986: 459). Негативное отношение к используемому языковому варианту, как было показано в многочисленных исследованиях (см.: Cooper, Fishman 1974), переносится на его носителя. Исследования на английском языковом материале показали, что человек, говорящий по-английски с ошибками и сильным акцентом, с большей вероятностью получит отказ при приеме на работу (Jupp et al. 1982: 240). Для американской культуры характерно стремление американизировать иммигрантов, заставить их отказаться от родного языка и перейти на английский (Language loyalties 1992: 101–111).
Различия в культурах и специфическом для них отношении к языку может проявляться и в том, какой речи «ждут» от иностранца, какой стереотип поведения существует в данной культуре. Так, высказывалось мнение, что носители немецкого языка ожидают от иностранца использования литературного языка, «сленговые и диалектные выражения считаются привилегией носителя языка» (Nickel 1986: 460). В то же время для носителей английского языка естественнее ожидать от иностранца разговорной речи, а не стандартного языка, особенно в том случае, если он принадлежит к более низкому социальному классу (Bailey 1978: 230).
С другой стороны, важно отметить, что носитель языка ожидает от иностранца неправильной речи и соответственно относится к ней менее снисходительно, чем к речи другого носителя. Предубежденные носители языка слышат в речи иностранца больше ошибок, чем есть на самом деле. Кроме того, если оказывается, что иностранец в совершенстве говорит на неродном для него языке, носитель этого языка часто испытывает неприятные эмоции, так как это нарушает его стереотипные представления о языке иностранцев (Nickel 1986).
Использование или неиспользование РОИ в ситуации общения с иностранцем, позитивное или негативное отношение к нему, возможное дивергентное поведение (когда носитель языка намеренно употребляет заведомо неизвестные иностранцу языковые варианты) может свидетельствовать о существующих в данном сообществе стереотипах, традиционно передающихся из поколения в поколение. Независимо от того, существует ли в этих стереотипах «зерно правды», они оказывают важное влияние на организацию языкового поведения сообщества (Fishman 1966: 449).
|