Восход солнца в мировой экономике


НазваниеВосход солнца в мировой экономике
страница8/25
ТипДокументы
filling-form.ru > Туризм > Документы
1   ...   4   5   6   7   8   9   10   11   ...   25

s s

5

8 ft



m x З

5 .S

я -а 5 І

4

о

с

о

s з

с

І

966

986

g 9

б 5 m ф о j

.5^

Ь £со^

Годовой объем

Q.

0Д0ВОЙ

объем

8g^

5 га

Ъдовой объем

О)

со" in

877

CD ІП

in"



552,46

355

,28

О

со in" 1^.

=: л Ь

I

108

о in

3

h~"

8

со

CD"

со

237,29

96,7

42,39

56,

Ф Q.

^ я Ь

\O CO s;

ф ^ Ф

,96

35,

CO

in" in

in

812,91

44,7

468,

I Ф 5 «

8"

і конкурентов. Есть два способа добиться цели. Первый - это непрек-- лонное следование правилам открытого мирового рынка. В этом слу-І чае «западные» промышленно развитые страны с их транснациональ-| ными предприятиями, капиталом для инвестиций, покупательной спо-; собностью, техническими преимуществами и доминирующим влиянием на международные институты обеспечивают себе солидную долю в распределение ресурсов. Второй способ предполагает создание военно-технического преимущества и возможности действовать по всему миру, чтобы в случае необходимости поставить на место других претендентов

на ресурсы.

Многие эксперты ожидают, что виновниками многих войн являются конфликты вокруг доступа к жизненно необходимым запасам воды. Подобные конфликты тлеют прежде всего между странами, водоснабжение которых зависит от одних и тех же источников. Те области, которые географически находятся в непосредственной близости к источнику, имеют лучшие возможности по сравнению с соседями: Судан по отношению к Египту (вдоль Нила) или Турция по отношению к Ираку (вдоль Евфрата) [87]. Эти споры тоже существенны, но они все же ограничиваются определенными регионами. В отличие от них, конфликты вокруг ископаемых ресурсов имеют глобальные масштабы, даже если они до сих пор поверхностно разрешались на региональном уровне. Однако в ситуации глобального сокращения ресурсов понятия политической морали и политическое поведение коренным образом изменятся. Даже если не дойдет до глобальных войн, гонка вооружений продолжается - а это неоспоримый критерий повышения международной напряженности.

Очевидна связь между ядерным вооружением в исламско-индий-ском регионе и ресурсным конфликтом. Ведущие промышленно развитые страны участвовали в свержении монархии в 1979 г. и в изоляции Ирана, как они в 1991 г. стояли рядом при незаконченной экзекуции Ирака. Очевидно, что при этом речь шла о наказании строптивых, поскольку эти государства осмелились поставить под сомнение иерархию, сложившуюся вокруг общего ресурсного котла. Наносимые время от времени чувствительные ракетные удары по Ираку объясняют пресечением его ядерных амбиций; но именно такие акции побуждают другие страны, в предчувствии глобального ресурсного конфликта, к тому, чтобы ускорить усилия по ядерному вооружению: если они станут атомными державами, то американская супердержава уже не сможет обращаться с ними так же, как с Ираком. Эта мысль объясняет планы ядерного вооружения Ирана. Индийско-пакистанскую ядерную гонку вооружений объясняли в первую очередь их взаимным конфликтом, однако настоящий мо-

109

тив, вероятнее всего, — это желание ослабить шантаж со стороны ядерных держав. Китайские политики также обосновывают свое бескомпромиссное нежелание отказываться от ядерного оружия тем, что растущий спрос Китая на импортируемые ресурсы требует усиления политической значимости.

В целом западные затраты на вооружение ни в коем случае не снизились лавинообразно, как следовало бы ожидать после окончания противостояния Восток — Запад, несмотря на повсеместно возникающие бюджетные дефициты. Если затраты на вооружение в 1986 г. составляли, согласно расчетам лондонского международного Института стратегических исследований (International Institute for Strategic Studies), у НАТО — 585 млрд долларов, а у Советского Союза — 343 млрд долларов, то в 1997 г. расходы НАТО составляли все еще 454 млрд долларов, в то время как затраты России упали до 64 млрд. Если в 1985 г. 48% всех мировых затрат на вооружение составляли затраты стран-членов НАТО, то сейчас они достигают 57%, и это без многочисленных «стран — сотрудников НАТО». Опасность терроризма — это малоубедительный довод для такой гонки вооружений, поскольку террористов невозможно победить с помощью армий. Опасность со стороны России на фоне ее внутренней борьбы за выживание и распадающейся армии невероятна. Остается признание необходимости вмешательства в региональные кризисы, которые в большой степени прямо или косвенно являются конфликтами из-за ресурсов. Необходимо признать, с точки зрения мировой по-, литики, что страны, имеющие растущую потребность в ресурсах, в будущем будут претендовать на явно большие доли в подходящем к концу общем количестве ресурсов, что приведет к образованию альянсов против американско-европейско-японского тройного союза, который до сих пор контролирует доступ к ресурсам. Если объединятся, например, Китай с Россией или Индией; или Россия с Ираном и даже не принятой в ЕЭС Турцией; или, возможно, Турция с Ираном, Пакистаном и Китаем, — то последствия могут быть весьма драматическими. Или Япония отклонится в сторону и объединится с Китаем, чтобы вместе — и, возможно, даже с участием Индии и Индонезии — обратить взгляд на австралийские ресурсы. То, что Турция, не в последнюю очередь по слишком настойчивым рекомендациям США, должна стать членом ЕЭС, также имеет под собой ресурсно-политическую основу, а именно — чтобы эта страна не вошла в какие-либо другие союзы. Не случайно Южная, Юго-Восточная и Центральная Азия — это именно те регионы, в которых резко возросли затраты на вооружение: на 160,8 млрд долларов между 1985 и 1997 гг. по курсу валют 1997 г.

110

^ От ресурсного эгоизма - к распаду ценностей

и общества

* «Множатся примеры распадающегося политического устройства и кровавые столкновения: Россия и Сомали, Индонезия и Мексика, Конго и Шри-Ланка, Югославия и Алжир, Ангола и Грузия, Нигерия и Афганистан, Руанда и Узбекистан. Конфликты в этих странах обусловлены политическими, религиозными или национальными причинами, но все они являются предчувствием конфликтов, которые могут докатиться идо Западной Европы, поскольку:

• с неизбежным уменьшением мировых запасов полезных ископаемых резко обострится борьба вокруг их несправедливого распределения;

• расширяющиеся, обусловленные ископаемыми ресурсами, экологические катастрофы, наряду с возможными ядерными катастрофами, опасно уменьшают шансы на выживание все большего количества людей.

Возникает опасность чрезвычайного сужения жизненного пространства, которое вновь приведет в действие исторические механизмы отбора среди людей, причем они будут безжалостней, чем когда-либо. То, что на первый взгляд может показаться этническим или религиозным конфликтом и вынуждает к вмешательству просвещенные силы правопорядка под лозунгами прав человека, в действительности обусловлено лишь ресурсным эгоизмом последних.

На горизонте XXI века вырисовывается одичание и беспощадность внутри- и межгосударственных отношений и прогрессирующая беспомощность государственных систем: наступает либо состояние анархии, как в Сомали, либо дальнейшее расщепление, как в Советском Союзе (а возможно, вскоре и в самой России), которые также могли бы наступить где-нибудь в Индонезии, Китае или Индии. Не стоит рассчитывать на то, что смена политического строя всегда происходит так относительно мягко и благополучно, как в бывшем Советском Союзе — то есть без угрозы мировой войны. То, что страны Европейского Союза были бы защищены в случаях основательных экономических потрясений, вызванных ресурсным голодом, более чем сомнительно.

Методом «мирового управления» удается сдержать некоторые конфликты, которые вспыхивают между непримиримыми непосредственными противниками. «Авторитеты» извне могут при случае выполнять роль сдерживающей силы и помогать при этом конструировать новый общественный порядок. Это возможно до тех пор, пока противоречия в интересах еще можно сгладить, а миротворцы вмешиваются действи-

111

тельно ради общечеловеческих ценностей — защиты людей и справедливого выравнивания интересов. Однако если в конфликтах из-за ресурсов задет нерв крупных развитых экономик, то бескомпромиссно и неудержимо вступают в борьбу политические и экономические «глобальные игроки», преследующие свои эгоистические интересы. А поскольку у доминирующих стран вследствие этого отсутствует не только необходимый и принимаемый противоборствующими сторонами авторитет, но и реальное желание справедливо выровнять интересы, то подобная помощь от «глобальных игроков» в случае ресурсных конфликтов неизменно оказывается неэффективной.

Политические «глобальные игроки» все вместе являются, по меньшей мере, косвенными виновниками экологического уничтожения окружающей среды, а также социальных конфликтов, которые возникают вследствие непропорционального доступа к ресурсами. До сих пор они не были способны к глобальной ответственности, хоть и представляли собой единственную в своем роде глобальную власть. Они ставят прежде всего на экономические структуры, которые выкристаллизовались при сложившейся традиционной системе эксплуатации природных ресурсов для производства продуктов питания, энергии и сырья. Эти экономические структуры оказались пригодными не только для того, чтобы снабжать жизненно важными материалами по выгодным ценам. Экономические «глобальные игроки» в форме «corporate empires» оказались в рыночной системе мировой экономики превосходящими все другие практикуемые экономические формы, как с точки зрения, эффективности, так и с точки зрения широты их коммерческого предложения. Отсюда делается вывод: такие структуры, а именно — транснациональные корпорации — и есть единственно возможные для экономического обеспечения жизни.

Однако противоречие очевидно:

• С одной стороны, транснациональные предприятия постоянно расширяют поле деятельности не только собственными усилиями, но и благодаря политическим решениям (например, благодаря образованию ВТО, которая не делает различий между технологиями, загрязняющими и щадящими окружающую среду, возобновляемым и невозобновляемым сырьем), а также благодаря тому, что правительства на национальном и международном уровне все более облегчают деятельность транснациональных компаний. Едва ли есть хоть один инвестиционный проект таких предприятий, для которого не найдется субсидии — не важно, путем , ли предоставления бесплатных площадей и инфраструктуры, освобождения от налогов или путем прямых финансовых вливаний. Едва ли найдется хоть одно из крупных коммерческих слияний предприятий, кото-

112

роеібьі не приветствовалось или даже не поддерживалось активными действиями правительств тех стран, где они находятся. Поскольку правительства больше не видят себя строителями будущего, они надеются перепоручить эту роль транснациональным предприятиям. Инициатива для соглашения MAI (Multinational Agreement on Investment) соответствует этой мысли. По этому соглашению, действие которого летом 1998 г. было на время приостановлено [88], иностранные инвестиции - а это почти все инвестиции транснациональных концернов - должны быть защищены от изменений социального, налогового и природоохранного законодательства. Правительства должны были бы возместить концернам убытки, понесенные вследствие таких изменений. Это означало бы то же, что и освобождение «corporate empires» от национального правопорядка, превращение их в экстерриториальные институты с неограниченной властью, однако освобожденные от политической и социальной ответственности.

• С другой стороны, это глобальные последствия для окружающей среды и социальные потрясения, которые нигде не будут настолько тяжелы, как в сельскохозяйственных областях стран третьего мира, где надвигается самый большой социальный и культурный крах в мировой истории. Там три миллиарда человек — то есть половина земного населения — кормятся сельскохозяйственным трудом. С ориентацией сельского хозяйства на мировой рынок эти люди становятся еще зависимее от транснациональных концернов — производителей продуктов питания, которые, согласно своей производственно-экономической логике, нацелены на массовое производство на крупных сельскохозяйственных предприятиях. Обладая монополией на покупку сельхозпродукции, они могут спровоцировать соответствующие изменения в региональных хозяйственных структурах, и все это - «на рыночном уровне» [89]. Весьма вероятно, что два из этих трех миллиардов потеряют средства к существованию, не имеют никакой другой перспективы. До 170 млн занятых в сфере сельского хозяйства в Китае к началу нового столетия окажутся безработными, согласно расчетам китайского социолога Фенг Ленруи. Это четверть трудоспособного населения Китая [90].

Итак, мы видим: либо будет выбран путь к солнечным ресурсам и, одновременно, к сельскохозяйственным структурам, которые не следуют промышленному, ориентированному на мировой рынок образцу — либо мы придем к разрушению базовых ценностей нового времени, поскольку глобально-экономический «реализм» построит именно такой мир. Все будет подчинено неограниченному доступу к ресурсам и их беспрепятственному использованию — от идеи международного равенства интересов до идеи сохранения основ жизни, от идеи социаль-

8 - 2320

113

ного равенства внутри общества до идеи демократического конституционного государства. Тогда в будущем все будет возможно — от летаргических провалов развития до громкого превращения в «обществр забав, потехи, удовольствий», от суматошных конфликтов распадающихся внутри себя обществ до откровенного использования военной силы в экономических интересах, от постепенного разрушения национального порядка до крушения с трудом возведенного и зыбкого международного порядка и к «господству хаоса» (Самир Амин) [91].

Нет ничего более важного для человечества, как обеспеченность ресурсами. От того, как будет решаться этот вопрос — в интересах одной части человечества или для всего человечества — будет зависеть возможность возникновения экстремальной ситуации, беспощадной и жестокой. Беспощадность, жестокость начнутся, как только угроза обеспечению ресурсами превратится в непосредственную опасность. Едва ли можно представить, что предстоит пережить мировому сообществу, если оно не выберет возможность перехода к солнечным ресурсам, включая возвращение к сельскохозяйственным способам производства, которые поддерживают плодородие почв и чистоту водных источников.

Если бы единственным политическим выбором было потребление ресурсов или отказ от них, человечество не имело бы по всей вероятности никаких шансов избежать самоистребления. Требование ограничения прав доступа к ресурсам, каким бы оправданным оно ни казалось, неприемлемо. Кто должен быть ограничен и в каком виде ресурсов, кому нести ущерб, во имя чьих интересов? На эти вопросы нет удовлетворяющего всех ответа. Слишком элементарны потребности в ресурсах, и слишком неравномерно они распределены географически, чтобы для этого мог быть найден международный консенсус, не говоря уже о глобальном. Слишком многие нуждаются и хотят большего, а к ограничениям не готов никто.

Поэтому выход из создавшейся ситуации видится только в переходе к возобновляемым ресурсам. То, что мы никогда не ступали на этот путь, не сделав даже робкого шага, сторонники мировой экономики, основанной на ископаемых ресурсах, оправдывают такой же «ископаемой» аргументацией: прежде чем в наш век глобальной конкуренции начать заботиться об окружающей среде, нужно «дорасти до этой роскоши» путем дальнейшего экономического роста в традиционных рамках. Такая «экономическая философия» — это скорее некрософия, смертоносная идеология, построенная на убеждении, что за охрану окружающей среды іікобьі надо платить свободой, и оправдывающая уничтожение основ жизни. Такая философия еще долго (доколе?) будет причинять ущерб. Мы не имеем права и далее следовать этой «мудрости», культурная гегемония которой и так уже слишком затянулась.

1   ...   4   5   6   7   8   9   10   11   ...   25

Похожие:

Восход солнца в мировой экономике iconНо и это еще не все. Никита бродил по послерабочему городу, пятничному,...
Может быть даже, если все получится, слегка ликовать. Застать восход солнца на одной из площадей, чтобы лично поприветствовать наступающую...

Восход солнца в мировой экономике iconЗаконодательством. Образец заполнения платежного поручения
Сумма третейского сбора, подлежащая уплате при подаче искового заявления в Третейский суд при фгуп нии «Восход», определяется в соответствии...

Восход солнца в мировой экономике iconС. В. Кортунов россия в мировой политике после кризиса1
...

Восход солнца в мировой экономике iconРоль нефти в мировой экономике 41
В своём исследовании я буду рассматривать два основных блока, применительно к нефтяной промышленности: экономический и технологический,...

Восход солнца в мировой экономике iconПравительство Российской Федерации Федеральное государственное автономное...
Роль Китая в современной мировой экономике. Место постсоветского пространства в региональной экономической стратегии Китая. 7

Восход солнца в мировой экономике iconС. В. Кортунов
...

Восход солнца в мировой экономике iconС. В. Кортунов национальные интересы россии в мире
Научный рецензент – профессор кафедры мировой политики факультета мировой экономики и мировой политики гу-вшэ м. З. Шкундин

Восход солнца в мировой экономике iconПравительство Российской Федерации Федеральное государственное автономное...
Факультет мировой экономики и мировой политики отделение «Регионоведение» Кафедра мировой политики

Восход солнца в мировой экономике iconПравительство Российской Федерации Федеральное государственное автономное...
Факультет «Мировой экономики и мировой политики» Отделение «Мировой экономики» Кафедра «Международного бизнеса»

Восход солнца в мировой экономике iconПравительство Российской Федерации Федеральное государственное автономное...
Факультет «Мировой экономики и мировой политики» Отделение «Мировой экономики» Кафедра «Международного бизнеса»

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:


Все бланки и формы на filling-form.ru




При копировании материала укажите ссылку © 2019
контакты
filling-form.ru

Поиск