И 66 Материалы Международной заочной конференции в рамках I форума молодых ученых Приволжского федерального округа 13-15 мая 2009 Уфа: риц башГУ, 2009. 277 стр


НазваниеИ 66 Материалы Международной заочной конференции в рамках I форума молодых ученых Приволжского федерального округа 13-15 мая 2009 Уфа: риц башГУ, 2009. 277 стр
страница14/32
ТипДокументы
1   ...   10   11   12   13   14   15   16   17   ...   32

Литература:

  1. Буева Л.П. Человек: деятельность и общение // М.: Мысль, 1978. – 216с.

  2. Дёмин М.В. Природа деятельности // М.: Изд-во Московского университета, 1984. – 167с.

  3. Ермилова Н.Ю. Факторы формирования творческой самостоятельности // Волгоград: Изд-во Перемена, 2000. – 18с.

  4. Каган М.С. Человеческая деятельность // М.: Политиздат, 1974. – С.59-61.

  5. Конышева А.В. Организация самостоятельной работы учащихся // Санкт-Петербург: КАРО, 2005. – 208с.

  6. Кухарев Н.В. Формирование умственной самостоятельности // Минск: Народная асвета, 1972. – 136с.

  7. Лернер И.Я. Самостоятельная деятельность // М.: Просвещение, 1963. – 264с.

  8. Татарченкова С.С. Урок как педагогический феномен // Санкт-Петербург: КАРО, 2005. – С.152-161.


ЯЗЫКОВАЯ КАРТИНА МИРА В ЗАГАДКАХ

Кульсарина Г.Г., кандидат филол. наук
Представляя собой важную часть картины мира народного этноса, язык фольклора являет собой образцы высокой культуры, в них заключена мудрость народа, его коллективный опыт, особенности менталитета. Картина мира в обобщенном понимании есть открытая система, соотносящаяся с совокупностью личностных знаний и представлений о сущности окружающей реальной действительности в определенный исторический период. В широком понимании языковая картина мира представляет собой целостное изображение языком всего того, что существует в человеке и вокруг человека: «Под языковой картиной мира понимается отображение в формах языка устройства экстралингвистической действительности, что в свою очередь проявляется в объеме значения и внутренней форме языковых единиц»[1]. Системный характер языковой картины мира акцентируется Н. Ю. Шведовой: «Языковая картина мира – выработанное многовековым опытом народа и осуществляемое средствами языковых номинаций изображение всего существующего как целостного и многочастного мира, в своем строении и в осмысляемых языком связях своих частей представляющего, прежде всего, человека, его материальную и духовную жизнедеятельность, и, во-вторых, все то, что его окружает: пространство и время, живую и неживую природу, область созданных человеком мифов и социум»[2]. В.А.Гречко указывает на образную природу представлений о мире: «Языковая картина мира заключает в себе особое мировосприятие и мировидение народа, закрепленное, прежде всего, в базисным понятийно-категориальном составе языка (в лексике, грамматике, словообразовании), а также и в образном представлении окружающего мира, в семантике различных языковых единиц»[3].

В настоящей статье языковая картина мира в загадках рассматривается как зафиксированная в языке и специфическая для данного языкового коллектива схема восприятия действительности, требующая изучения не столько «актов культуры», сколько наивных представлений в системе языка. Кроме того, для языковой картины мира загадок существенную роль играет антропометричность, т.е. «соизмеримость универсума с понятными для человеческого восприятия образами и символами, в том числе и теми, которые получают статус определенных стереотипов»[4].

Языковая картина мира, организованная по законам языка, и концептуальная модель мира, основывающаяся на законах физического мира, сопрягаются, но не подменяют друг друга[5]. Тем более интересен тот факт, что двухчастная структура загадки (отгадка и кодирующая часть) непосредственно отражает соотнесенность двух картин мира – концептуальной и языковой. Мы видим, что кодирующая, образная часть является воплощением картины мира средствами языка; она представлена, во-первых, семантическими полями – логико-семантическими группировками (парадигмами) образов и, во-вторых, разнообразными по характеру ассоциативными связями слов, выступающими в качестве дополнительного источника познания.

Главное свойство традиционной народной культуры, отразившееся в языке, - невыделенность личности из социума, обусловленная традиционным образом жизни: воспроизведением опыта предшествующих поколений без существенных изменений, одинаковостью занятий, подчинением общине, коллективными производственными и этическими традициями. С.Е.Никитина полагает, что во времена складывания основных фольклорных жанров «коллективная языковая личность», создающая произведения народного творчества и «бытовой языковой коллектив» (термины С.Е.Никитиной), были близки друг другу по мироощущению, системе ценностей и языку, а это значит, что «близки были и тезаурусы, содержащие регулярные семантические связи между словами и понятиями, посредством которых фиксировалась языковая картина мира (т.е. существенная часть сознания)»[6]. Время, изменения в укладе, натиск цивилизации неуклонно разводили их. Разрушалась община, менялся лексикон и синтаксис языка народа, и, как следствие, мы констатируем трансформацию фольклорного восприятия мира, отразившуюся в языке загадок, и усиление личностного начала в современных загадках.

Фольклорное слово не только обозначает понятие (или реалию), но и выражает к нему свое отношение. Исследования А.Т.Хроленко показывают, что практически любой фрагмент картины мира в фольклоре ценностно окрашен: в любом жанре могут встретиться эстетические, этические, утилитарные и прочие виды оценок[7]. Особый оценочный компонент в семантической структуре фольклорного слова может преобладать над номинативным и даже приводить к его нейтрализации. Но при этом в произведениях фольклора мы видим свободное отношение к альтернативным, нередко взаимоисключающим трактовкам и концепциям, диаметрально противоположные оценки. Рассматривая фольклор в совокупности жанров и текстов, Б.Н.Путилов указывает на его «всеядность»: «Фольклор одновременно и активен в утверждении или ниспровержении отдельных социальных, нравственных принципов и норм, и довольно-таки безразличен к их разнообразным проявлениям»[8]. Неправильно было бы говорить о некоем наборе истин, присущем фольклорному миру, именно множество несовпадающих по сути своей оценок воплощает «нормы» фольклора.

В загадках это проявляется, прежде всего, в их тематической всеохватности, когда нет запретных или неэтичных моментов.

Основное значение в создании концептосферы загадок принадлежит концептам, имеющим отношение к реальной множественной предметности (и по природе своим схожим с познавательными концептами), художественную ценность которым придает ассоциативный потенциал загадок и культурный опыт этноса.

Традиционно рассматриваемая в системе фольклорных жанров, загадка, тем не менее, имеет существенные особенности языковой картины мира, не позволяющие отождествлять ее с языковой моделью мира в фольклоре.

В языке башкирских загадок активно употребляется диалектная лексика, среди которых встречаются экспрессивные слова со значением высокой степени проявления признака и нейтральные слова, обозначающие предметы материального быта народа: Бәләкәй генә беләүер, ул беләүер юҡ булһа – йорттоң бары йылауыр (энә); Зыр-зыр зыраҡтыр, зыраҡтырып быраҡтыр (ҡалтырса); Кескәй генә көсөгөм, аяғы юҡ, йөрөмәй. кеше килһә, өрмәй, уғры килһә, ебәрмәй (йоҙаҡ); Бәләкәй генә бөртмәсек йүгерә-йүгерә йөк ташый (орсоҡ); Дүрт кешегә бер шәпкә (өҫтәл); Бәләкәй генә әрйә, эсе тулы мәрйә (шырпы); Тәтәй тауҙың битендә тәкә телен сығарған (лампа) и др.

Загадка предметна по своей природе и отличается стремлением не к обобщению – демонстрации нормативной линии поведения, - а к описанию объекта через уникальные, характерные признаки. В загадках в подавляющем большинстве преобладают позитивные характеристики (проявляющие себя, прежде всего, на морфемном уровне – обилием уменьшительно-ласкательных суффиксов), при практически полном отсутствии лексики с однозначно пейоративной оценочной коннотацией. Примеры, в которых находит свое выражение такая оценка, единичны, эффект достигается за счет использования сниженной лексики: Ике туҡмаҡ, бер көрәк, уны тапмаған – дүрәк (герле сәғәт); Бәләкәй генә бисура – йүгерә-йүгерә быуаҙый (орсоҡ); Мейес артында беләү, уны белммәгән – һеләү (таба); Бәләкәй генә бисура билен быуып ултыра (һепертке); Тау башында титарай – һөрмәгән ерҙе тырмалай (тараҡ).

Образные номинации сосредоточены, в основном, в текстах, описывающих элементы «своего» пространства: предметы домашнего хозяйства, внешний облик человека и животных: Бер сысҡанға өс ҡойроҡ (һәнәк); Дүрт киленгә бер яулыҡ (өҫтәл); Ике бағана, бағана өҫтөндә мискә, мискә өҫтөндә шар, шар өҫтөндә урман (кәүҙә); Танауы бар – тын алмай, ауыҙы бар – ашамай, ҡолағы бар – ишетмәй, аяғы бар – атламай, һыу эсеүҙән туҡтамай (самауыр); Нескә билле бер ҡыҙыҡай бейеп туҙан туҙҙыра (һепертке); Донъяла бер малай, тырнағы мең, юрғалай. Тау башына менә лә һөрмәгән ер тырмалай (тараҡ); Дүрттер аяғы, ҡайсылыр ҡолағы, таштай ҡаты тояғы (ат).

В целом, несмотря на лексическую неоднородность, словарный состав башкирских загадок, за редким исключением, не выходит за рамки крестьянской жизни, а отражаемая в лексике языковая картина мира тяготеет к замкнутой пространственно-временной организации модели мира в фольклоре. Подавляющее большинство башкирских загадок построено в соответствии с канонами жанра. Исключение составляют отдельные подражания другим жанрам фольклора, своей формой и лексическим составом напоминающие песни, скороговорки, считалки, частушки (такмаки), присказки:

Кескәй генә тәрән күл,

Тирәк уның эсендә,

Күҙен-ҡашын ҡарайтҡан

Ҡыҙҙар уның эсендә.

Иңен-башын ҡупшайтҡан

Егеттәр уның эсендә (көҙгө);
Билән-билән билән ат,

Биле нәҙек көрән ат.

Тауға менһә, таймаҫ ат,

Талаҡ тейһә, үлмәҫ ат (ҡырмыҫҡа);

Ары ла бер ҡоласай,

Бире лә бер ҡоласай,

Тал буйында тоноҡ һыуҙы

Һайлап эсер ҡоласай (бал ҡорто);
Мең-мең, мең икән,

Бармаҡтары ун икән.

Муйыл ҡара күҙе бар,

Ҡойроҡ осонда миңе бар (аҫ, ҡараҡойроҡ – йәнлек);
Бер ҡарттың ун ике улы бар: шуларҙың өсәүһе һоро көпө кейә, өсәүһе йәшел күлдәк кейә, өсәүһе һары сәкмән кейә, өсәүһе аҡ тун кейә (йыл миҙгелдәре);

-Ана бара, эҙе юҡ –

Ул ни булыр, серҙәшем?

Үҙе йөрөй, йәне юҡ –

Ул ни булыр, серҙәшем?

  • Ана бара, эҙе юҡ –

Һыуҙа кәмә түгелме?

Үҙе йөрөй, йәне юҡ –

Сәғәт йөрөү түгелме?

Приведенные примеры, с нашей точки зрения, создают иллюзию законченного произведения или отрывка из него. Подобные загадки имеют нетипичное синтаксическое строение: конструкции с однородными членами, обращения, которые не способствуют декодированию объекта. В тексте, отягощенном несущественными деталями, теряется основная цель: складывается впечатление, что пространное описание не нуждается в отгадке. Этим, возможно, и объясняется их исчезновение из устного обращения, хотя такие загадки представляют определенный интерес для исследователей.

В языке башкирских народных загадок также употребляются слова связанные с религией, с исламом: Ите хәрәм, һурпаһы хәләл (сәй); Бейек-бейек ҡоймалар, ҡоштар килеп оялар. Ите хәрәм, һурпаһы хәләл, ул ни булыр, муллалар? (кәрәҙле бал); Аҡ ере ҡар кеүек, йәшел ере һуған кеүек, йөрөшө мулла кеүек, тауышы шайтан кеүек (һайыҫҡан); Алатауҙың аръяғында алтын бала ултыра, аяғында алама шеш, “Йә, Алла”, - тип ултыра (умырзая).

Обзор особенностей лексики и архитектоники башкирских народных загадок, на первый взгляд, подтверждает мысль о потенциальном богатстве и разнообразии языковой картины мира в загадках. Однако современная ситуация функционирования загадок показывает, что в наше время происходит постепенное свертывание общефольклорной языковой картины мира: загадки о вышедших из употребления предметах быта утрачивают актуальность вместе с забвением самих реалий, а просторечные и диалектные особенности, по нашим наблюдениям, изгоняются из загадок в процессе редакторской правки и адаптации загадок.

В некоторых текстах загадок могут содержаться прямые обращения и побуждения к действию – элементы игрового общения: Илле кәртәле, ике тәртәле. Ул нимә? Йә, әйт әле! (тараҡ); Таҡыя башын тарбайтып, үҙе урманда үҫә. Елкендереп күңелде, йәшен-ҡартын бейетә. Наҙлы-моңло был ҡорал ниндәй исем йөрөтә? (ҡурай); Уҡталы ла суҡталы, башы йәшел нуҡталы, баш өҫтөндә тарағы, тәпәйендә һәнәге, шуны табығыҙ, йә әле! (әтәс);

Старт юҡта – йүгертә,

Гармун юҡта – бейетә.

Ҡулдары юҡ – семетә,

Быныһы нимә? Кем әйтә? (һыуыҡ);

Донъяла бар бер ағас, өс йөҙ алтмыш биш япрағы. Япрағының бер яғы аҡ, бер яғы ҡара. Ни булыр шул? Йә, әйтеп ҡара! (йыл хисабы); Утыҙ ике һаны, ҡыйыш йөрөй, тура йөрөй, салыш йөрөй, ҡыя йөрөй, сатраш йөрөй, йыя йөрөй. Ниндәй уйын? Таны! (шахмат).

Полученные результаты выдвигают следующие перспективы дальнейшего изучения проблемы: синтаксический анализ (по аналогии с образно-семантическим и лексическим) материала в аспекте отражения в загадках языковой картины мира; выявление языковых особенностей формирования позитивного взгляда на мир в загадках; описание определенных концептов на материале загадок; сопоставительное рассмотрение национальных языковых картин мира на примере загадок; исследование специфики языковой картины мира других жанров фольклора (скороговорка, частушка, пословицы и т.д.) в диахроническом аспекте.
Литература:

1. Гак, В.Г. Русская динамическая языковая картина мира/В.Г. Гак// Русский язык сегодня. Сборник статей. Выпуск 1. М., 2000. С. 36-45.

2. Шведова Н. Ю. Результаты, полученные в работе над «Русским семантическим словарем» /Н.Ю.Шведова// Вопросы языкознания. 1999. №1. С. 15.

3. Гречко, В.А. Теория языкознания /В.А. Гречко. Нижний Новгород. 1998. Ч.2. С. 62-63.

4. Телия В. Н. Метафоризация и ее роль в создании языковой картины мира /В.Н. Телия// Роль человеческого фактора в языке: язык и картина мира. М., 1988. С. 177.

5. Уфимцева, А.А. Роль лексики в познании человеком действительности и в формировании языковой картины мира /А.А. Уфимцева// Роль человеческого фактора в языке: язык и картина мира. М., 1988. С. 139; Степанов, Ю.С. Константы. Словарь русской культуры. Опыт исследования /Ю.С.Степанов. М., 1997; Караулов, Ю.Н. Русский язык и языковая личность /Ю.Н. Караулов. М., 1987.

6. Никитина, С.Е. Устная народная культура и языковое сознание /С.Е. Никитина. М., 1994 13-стр.

7. Хроленко, А.Г. Оценочность фольклорного слова /А.Г. Хроленко// Русская речь, 1984, № 4. С. 128-134.

8. Путилов, Б.Н. Фольклор и народная культура /Б.Н. Путилов. СПб, 1994. 57-стр.


УДК 004.891.3

ТЕХНОЛОГИЯ АНАЛИЗА ТЕКСТА С ИСПОЛЬЗОВАНИЕМ МЕТОДОВ ЭКСПЕРТНЫХ СИСТЕМ

Мавлютов Руслан Рифович, аспирант,

Уфимский государственный нефтяной технический университет,

научный руководитель: д. т. н., профессор, Умергалин Талгат Галеевич
Автоматический анализ текста начинается с его первичной обработки. В задачи этого этапа входит фрагментация и графематический анализ потока символов, которым изначально является текст.

Первичный анализ текста содержит много подводных камней и, как всякий лингвистический алгоритм, представляет собой довольно сложный и громоздкий механизм.

Для решения подобных задач традиционные методы алгоритмизации и программирования оказываются малоэффективными, так как результаты сильно зависят от особенностей текста. При попытке усложнения поставленных задач число условий (различных возможных ситуаций) начинает возрастать в геометрической прогрессии, алгоритм становится перегруженным, сложным для восприятия и отладки. Растет число ошибок.

Значительно более удобным в данной ситуации является использование методов экспертных систем. Имеющиеся знания об особенностях организации текста представляются в виде набора продукционных правил, а процесс первичной обработки осуществляется методом построения дерева решений. Используется единая методика обхода и преобразования текста. Число продукционных правил можно изменять в широких масштабах в зависимости от поставленной задачи и особенностей текста. При этом нет необходимости изменять текст программы.

Рассмотрим разработанную концептуальную модель обработки текста и объектную модель результатов анализа. На первом этапе изучаются тексты, которые будут подвергнуты анализу. Исходя из понимания того, какая информация должна быть извлечена из текста, создается объектная модель.

Объектная модель представляет собой совокупность понятий, объединенных иерархическими связями. Понятие или объект представляет собой ярлык, которым могут быть помечены отдельные участки текста. Эти ярлыки характеризуют ту информацию, которая была получена в результате анализа. Объектная модель является чем-то вроде спецификации, в которой описывается, какие элементы будут присутствовать в результатах анализа, что они должны означать для пользователя, и как они будут структурированы [1, c. 54].

В тексте присутствуют элементы различных размеров и структур, мелкие элементы объединяются в более крупные и т.д. Отдельные понятия объектной модели также могут объединяться в более крупные объекты. В объектной модели посредством иерархических связей показывается, какие понятия могут становиться частью других понятий. При этом один и тот же объект может становиться частью различных более крупных объектов.

Объектная модель результатов анализа становится основой для создания рабочей объектной модели. Это значительно более сложная многоуровневая структура, которая является базой знаний экспертной системы.

Согласно принятой концепции текст рассматривается на нескольких уровнях детализации. Начальный нулевой уровень представляет собой последовательность символов. На следующем первом уровне текст рассматривается как последовательность слов, цифр, знаков препинания, частей сложных структур и т.д. Далее на уровнях происходит постепенное укрупнение различимых единиц текста. Единица текста каждого последующего уровня представляет собой совокупность одной и более единиц текста предыдущего уровня, идущих на нем друг за другом.

Единицы текста высших уровней детализации совпадают с понятиями объектной модели результатов анализа, которая была основой для создания рабочей объектной модели.

Создание системы единиц текста ведется по принципу: на каждом этапе следует отбирать и отмечать те структурные единицы текста, которые можно различить однозначно. Те структуры, относительно которых имеются сомнения, отмечаются особым образом. Для них определяются все возможные значения. Чем именно является данная структура, покажут следующие уровни детализации, когда она будет рассмотрена в контексте структур, находящихся рядом. Рассмотрение контекста, для снижения имеющейся неопределенности относительно элемента текста легло в основу данной концепции.

Применительно к первичной обработке текста это выглядит следующим образом. Имеется несколько уровней анализа текста. Анализ проводится последовательно от низшего уровня к высшему. Каждый следующий уровень анализа текста использует данные, которые были получены на предыдущем уровне. На каждом уровне имеется свой набор допустимых видов единиц текста, которые различает анализатор (например русское слово, английское слово, знаки препинания). Каждая единица текста описывается при помощи правила-шаблона. Шаблон фактически является продукционным правилом базы знаний системы. Он представляет собой совокупность идентификаторов единиц текста нижележащего уровня вместе с правилами их расположения. Шаблон задает правило, которое объединяет последовательность единиц текста нижележащего уровня и ставит им в соответствие единицу текста текущего уровня. Предположим, среди допустимых единиц текста предыдущего уровня были заглавные русские буквы, заглавные английские буквы, прописные русские буквы, прописные английские буквы, пробелы, знаки конца и начала строки и разные знаки препинания. В результате работы анализатора на предыдущем уровне, текст превратился в последовательность таких элементов. На данном этапе анализа есть множество шаблонов, которые позволяют выделить среди этой последовательности характерные цепочки элементов и объединить их в единицы текста данного уровня. Например, шаблон может определять правило, согласно которому, если подряд встретилось от двух до двадцати прописных русских букв, значит это незаглавное русское слово. Или если встретилось от двух до пяти заглавных английских букв, значит это аббревиатура. Незаглавное русское слово и аббревиатура – все это единицы текста текущего уровня, которые объединяют в себе единицы текста предыдущего уровня.

Иерархическая система единиц текста позволяет обращаться в шаблонах не только к конкретной единице текста, но и к целым совокупностям, объединенным по общим признакам. Обращение происходит через объявление идентификатора группы в системе каталогов. Например, в шаблоне можно указать, что в определенном месте последовательности может стоять любой элемент группы «знаки препинания». При этом нет необходимости писать шаблон под каждый знак препинания и или перечислять их всех в шаблоне, достаточно просто указать полное имя группы, в которую они входят. Одним из явных примеров использования системы каталогов является возможность указания на любую уровневую единицу текста через «0». Это существенно увеличивает емкость правил и упрощает задачу составления системы шаблонов.

В иерархии единиц текста распространена омонимия. Разные единицы текста, находящиеся в разных группах могут описываться одинаковыми шаблонами. Омонимия является результатом многозначности. На начальных этапах исследования не всегда можно однозначно определить какую роль играет определенная последовательность символов в тексте.

Помимо объединения единиц текста по характерным признакам иерархическая классификация является мощным средством для управления элементами текста. Предположим, необходимо исключить из результатов анализа отдельные участки текста (номера страниц в книге, колонтитулы, артефакты от рисунков, ссылки на использованную литературу и т.д.). Для них создаются отдельные единицы текста, которые объединяются в общую группу «мусор». На следующих уровнях эта группа может не использоваться ни в одном из шаблонов, и тогда при составлении результатов анализа, все элементы, вошедшие в эту группу, будут удалены из текста. Другим характерным примером, где хорошо проявляют себя достоинства иерархических обобщений, является работа с символами начала и конца строки. Это вспомогательные символы, которые отвечают за разрыв текущей строки и переход на новую. Они играют важную вспомогательную роль в тексте, поскольку информируют о границах абзацев, заголовков, вставок разного рода и т.д. Они используются на многих уровнях и ни в коем случае не должны оказаться смешанными с другими элементами текста. В связи с этим их выделяют в отдельную корневую группу.

Анализатор представляет собой программу, которая, двигаясь по последовательности единиц текста определенного уровня, формирует следующий уровень. Принятие решения осуществляется исходя из имеющейся совокупности шаблонов данного уровня в рабочей объектной модели.

На каждом этапе своего движения анализатор рассматривает некоторую область уровня на соответствие имеющимся шаблонам. Область исследования постоянно меняет свое расположение и размеры.

Анализатор начинает движение с первой единицы текста уровня. Сначала рассматривается только она. Длина имеющейся последовательности 1 единица текста.

Алгоритм анализа:

- Последовательность сверяется с имеющимися шаблонами. Если есть соответствия, то во временную базу записывается длина последовательности и все единицы текста следующего уровня, чьи шаблоны совпали с ней. Далее происходит переход к пункту 2. Если соответствий нет, переход к пункту 3.

- Границы последовательности расширяются за счет добавления к ней следующей единицы текста. Возврат к пункту 1.

- Если во временной базе есть записи о совпадениях с шаблонами, то происходит возращение к последней удачной длине последовательности. В стек формируемого уровня добавляется новая мультиединица, которая содержит в себе идентификаторы всех единиц текста из последней записи, а также начальную позицию и длину последовательности. Далее анализ уровня продолжается со следующей единицы текста уровня. Происходит возращение к пункту 1.

- Если записей о совпадениях с шаблонами при меньшей длине последовательности нет, то анализ далее продолжается со следующей единицы текста после той, что была в начале текущей последовательности. При этом первая единица текста пропускается. Далее возврат к пункту 1.

Анализ завершается по достижению конца уровня.

После того как анализатор сформировал все уровни текстовых единиц, в работу вступает парсер. Эта программа, которая, двигаясь по верхнему уровню, составляет результирующий отчет согласно требованиям, установленным в объектной модели результатов анализа.

В настоящее время на основе вышеописанной технологии анализа текста разработан программный комплекс, который успешно используется в электронной библиотеке «Нефть-Газ» (www.nglib.ru) для автоматического извлечения информации из поступающих в нее книг.
1   ...   10   11   12   13   14   15   16   17   ...   32

Похожие:

И 66 Материалы Международной заочной конференции в рамках I форума молодых ученых Приволжского федерального округа 13-15 мая 2009 Уфа: риц башГУ, 2009. 277 стр iconКонкурс научных работ молодых ученых Приволжского федерального округа...
Общероссийской общественной организации «Российский союз молодых ученых» в Республике Башкортостан

И 66 Материалы Международной заочной конференции в рамках I форума молодых ученых Приволжского федерального округа 13-15 мая 2009 Уфа: риц башГУ, 2009. 277 стр iconМатериалы Шестой Международной научно-практической конференции 22...
Информационное поле современной России: практики и эффекты: Материалы Шестой Международной научно-практической конференции

И 66 Материалы Международной заочной конференции в рамках I форума молодых ученых Приволжского федерального округа 13-15 мая 2009 Уфа: риц башГУ, 2009. 277 стр iconКонкурсы стр
Федерального проекта «Территория», в рамках Всероссийского молодежного образовательного форума «Селигер-2009»

И 66 Материалы Международной заочной конференции в рамках I форума молодых ученых Приволжского федерального округа 13-15 мая 2009 Уфа: риц башГУ, 2009. 277 стр iconНовый подход материалы IV молодёжной международной научно-практической...
Материалы IV молодёжной международной научно-практической конференции студентов, аспирантов и молодых учёных 26-27 ноября 2012 года,...

И 66 Материалы Международной заочной конференции в рамках I форума молодых ученых Приволжского федерального округа 13-15 мая 2009 Уфа: риц башГУ, 2009. 277 стр iconКультура. Образование. Право материалы международной научно-практической...
Культура. Образование. Право [Текст]: материалы Междунар науч практ конф., г. Екатеринбург, апр. 2009 г. Гоу впо «Рос гос проф пед...

И 66 Материалы Международной заочной конференции в рамках I форума молодых ученых Приволжского федерального округа 13-15 мая 2009 Уфа: риц башГУ, 2009. 277 стр iconИсследование роли основания в реакции
Материалы II международной научно-практической конференции студентов, аспирантов и молодых учёных

И 66 Материалы Международной заочной конференции в рамках I форума молодых ученых Приволжского федерального округа 13-15 мая 2009 Уфа: риц башГУ, 2009. 277 стр iconПрограмма первого всероссийского форума по вопросам социального туризма...
Торжественное открытие Форума и выставки туристско-рекреационного потенциала Приволжского федерального округа

И 66 Материалы Международной заочной конференции в рамках I форума молодых ученых Приволжского федерального округа 13-15 мая 2009 Уфа: риц башГУ, 2009. 277 стр iconXx международная научно-техническая конференция и Российская научная...
Системные проблемы надёжности, качества, компьютерного моделирования, информационных и электронных технологий в инновационных проектах...

И 66 Материалы Международной заочной конференции в рамках I форума молодых ученых Приволжского федерального округа 13-15 мая 2009 Уфа: риц башГУ, 2009. 277 стр iconИзвещение
Президента Российской Федерации для государственной поддержки молодых российских ученых кандидатов наук (конкурс мк-2009) и молодых...

И 66 Материалы Международной заочной конференции в рамках I форума молодых ученых Приволжского федерального округа 13-15 мая 2009 Уфа: риц башГУ, 2009. 277 стр iconЗаявка на конкурс «умник», проводимой в рамках региональной научно-практической...
Название работы (Например, «Разработка технологии молочных продуктов нового поколения»)

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:


Все бланки и формы на filling-form.ru




При копировании материала укажите ссылку © 2019
контакты
filling-form.ru

Поиск