Владивостокский центр по изучению организованной преступности


НазваниеВладивостокский центр по изучению организованной преступности
страница1/17
ТипРеферат
filling-form.ru > бланк резюме > Реферат
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   17
ДАЛЬНЕВОСТОЧНЫЙ ФЕДЕРАЛЬНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ
ВЛАДИВОСТОКСКИЙ ЦЕНТР ПО ИЗУЧЕНИЮ ОРГАНИЗОВАННОЙ ПРЕСТУПНОСТИ
Организованная преступность на Дальнем Востоке:

тенденции и особенности развития

за 20 лет

Владивосток


2013

ББК 67.99

064

Ответственный редактор

В.А. Номоконов, доктор юрид. наук, профессор
064

Организованная преступность на Дальнем Востоке: тенденции и особенности развития за 20 лет. Монография. – Владивосток: Изд-во Дальневост. ун-та. 2013. - с.

ISBN 5-7444-1178-х

В издании, созданном коллективом авторов при содействии Владивостокского центра по изучению организованной преступности, уделено внимание рассмотрению большого комплекса вопросов о различных проявлениях организованной преступности. Неустойчивость в экономике, неадекватность правовой политики современным реалиям, неуверенность в завтрашнем дне, резкое имущественное расслоение общества, падение роли духовности – все это существенным образом сказывается на росте преступности, особенно организованной .

Издается на грант TraCCC George Mason University
Для студентов юридических факультетов, институтов и практических работников правоохранительных органов.

Editor-in-chief

V.A. Nomokonov, Doctor of Laws, professor

064

Organized Crime in the Russian Far East: Twenty years of Transformations. Monography. Vladivostok: Far East University press. 2013. – p.
The publication created by a team of authors with the assistance of the Vladivostok Organized Crime Study Center, paid attention to consideration of a large set of questions about the various manifestations of organized crime. Instability in the economy, the inadequacy of legal policy to modern realities, insecurity, rapid stratification of society, the fall of the role of spirituality - it's all a significant impact on the growth of crime, especially organized.

Published on grant TraCCC George Mason University
For the students of the law faculties, institutes and the law enforcement officials.

O 1201000000 без объявл. ББК 67.99

180(03) - 2001

© Владивостокский Центр по изучению организованной преступности

2013

Ó Издательство Дальневосточного федерального

университета

2013

ISBN 5-7444-1178-х


Содержание

ВВЕДЕНИЕ

Глава 1. ОРГАНИЗОВАННАЯ ПРЕСТУПНОСТЬ: ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА.

§1. Развитие организованной преступности в СССР и России. Понятие и признаки организованной преступности.

§2. Состояние и тенденции организованной преступности в России.

§3. Проблемы борьбы с организованной преступностью.

Глава 2. СТАНОВЛЕНИЕ И РАЗВИТИЕ ОРГАНИЗОВАННОЙ ПРЕСТУПНОСТИ В ДАЛЬНЕВОСТОЧНОМ РЕГИОНЕ

§1. Становление организованной преступности Дальнего Востока.

Глава 3. СОВРЕМЕННОЕ СОСТОЯНИЕ ОРГАНИЗОВАННОЙ ПРЕСТУПНОСТИ В ДАЛЬНЕВОСТОЧНОМ РЕГИОНЕ

§1. Основные тенденции организованной преступности на Дальнем Востоке.

§2. Нелегальный лесной бизнес Дальнего Востока.

§3. Криминальный рынок недвижимости.

§4. Организованная преступность Хабаровского края: современные тенденции.

Глава 4. НАРКОБИЗНЕС И НАРКОГРУППИРОВКИ ДАЛЬНЕГО ВОСТОКА

§1. Введение

§2. Общая криминологическая характеристика наркобизнеса на Дальнем Востоке.

§3. Классификация и типология личности участников преступного сообщества в сфере незаконного оборота наркотиков.

§4. Механизм функционирования преступного сообщества в сфере незаконного оборота наркотиков, ориентированного на местную (дальневосточную) сырьевую базу.

§5. Основные проблемы противодействия наркобизнесу в Дальневосточном федеральном округе.

§6. Резюме.

Глава 5. РЕЙДЕРСТВО НА ДАЛЬНЕМ ВОСТОКЕ РОССИИ

§1. Развитие рейдерских захватов.

§2. Новые проявления рейдерства в Приморском крае на современном этапе.

Глава 6. КРИМИНАЛИЗАЦИЯ ПОЛИТИЧЕСКОЙ И ПРАВОХРАНИТЕЛЬНОЙ СФЕР КАК ИСТОЧНИК КОРРУПЦИИ (ПРЕСТУПНАЯ «ДЕКРИМИНАЛИЗАЦИЯ»)

§ 1. Криминогенная политика.

§ 2. Криминализация государства.

§ 3. Коррупционное перерождение государства.

§ 4. Коррупция в вооруженных силах.

§ 5. Коррупциогенность законодательства.

§ 6. Коррупциогенная политика («командное право»).

Авторский коллектив

В.А. Номоконов, д.ю.н., профессор, директор Владивостокского Центра по изучению организованной преступности (ВЦИОП) при Юридической Школе ДВФУ (Введение);

Г.Ф. Маслов, к.ю.н.

А.М. Железняков, к.ю.н.

С.Е. Лелюхин, к.э.н. доцент кафедры экономики производства Дальневосточный государственный технический рыбохозяйственный университет (Дальрыбвтуз).


ВВЕДЕНИЕ

Организованная преступность - исключительно опасное явление, которое в России, к сожалению, до сих пор не встречает адекватного противодействия со стороны государства. Оно и дальше продолжает укреплять свои позиции в роли “альтернативного” общества, т.е. явления, подминающего и подменяющего официальную власть, легальную экономику и гражданское общество.

В настоящее время все больше набирает силу, помимо прочих, тревожная тенденция интернационализации организованных криминальных структур, объединения и координации их деятельности, создания рядом преступных сообществ своих зарубежных “представительств” и т.п.

Значительный импульс исследованиям проблемы борьбы с организованной преступностью, коррупцией и отмыванием незаконных доходов придает сотрудничество ученых разных стран. В рамках этого сотрудничества в России и на Украине в 90-х годах прошлого века была сформирована сеть исследовательских центров. Один из таких центров - Владивостокский центр по изучению организованной преступности (ВЦИОП) - был создан во Владивостоке летом 1997 года на базе юридического института ДВГУ по договору с Американским университетом (Вашингтон) на грант Министерства юстиции США (№ 97 - АВ - СХ - 0001). Данный проект был признан успешным и продолжается и в настоящее время, что само по себе - явление достаточно выдающееся. В июне 2012 года ВЦИОП отметил свой 15 летний юбилей.

Выбор Владивостока в качестве места дислокации исследовательского центра не случаен. Дело, помимо прочего, еще и в том, что Дальний Восток России, особенно его южная часть, в силу выгодного расположения в Азиатско-Тихоокеанском регионе, весьма привлекателен для преступников. Являясь крупным сырьевым центром, мощным транспортным узлом, находясь в непосредственной близости от зарубежья, Дальний Восток объективно становится одним из мировых центров деятельности транснациональной преступности. Да и во внутреннем плане организованная преступность региона в настоящее время представляет довольно серьезную угрозу интересам национальной безопасности России.

Актуальность. Одной из целей проведенного исследования было рассмотрение тенденций, трансформации и закономерностей развития организованной преступности на Дальнем Востоке России за двадцатилетний период, с 1991 по 2011 годы.

В данной работе сделана попытка проанализировать складывающиеся новые тенденции в ходе усилий государства преодолеть окончательное сползание страны в коррупционную пропасть, проследить развитие коррупционных процессов, главным образом, применительно к Дальнему Востоку России), продолжить мониторинг особенностей криминально-политической ситуации на Дальнем Востоке России, сформулировать рекомендации по формированию и оптимизации антикриминальной и антикоррупционной политики.

Основной деформацией постсоветской России, как представляется, стало установление в стране, вопреки официальным заявлениям, фактически криминально-олигархического режима, который утвердился под флагом лозунгов о либерализме. В результате исподволь происходит перерождение государства: реальная политическая власть в стране находится во многом в руках небольшой, но сплоченной группы олигархов. Ярким олицетворением данного процесса является, на наш взгляд, криминально-политическая ситуация на Дальнем Востоке России.

В условиях криминализации политического механизма закономерно развивается коррупция. Количество зарегистрированных преступлений коррупционной направленности в год исчисляется десятками тысяч, а, по данным НИИ Академии Генеральной прокуратуры РФ, фактическое их количество составляет около 2 миллионов. Как ни странно, на Дальнем Востоке официальная статистика свидетельствует о снижении числа коррупционных проявлений, что показывает ее недостоверность.

Развитие коррупции в России и регионах сегодня вошло в стадию создания обширных и устойчивых интегрированных структур с сетевой формой организации - организованных преступных сообществ, созданных для совместного извлечения дохода из коррупционной деятельности. От единичных разрозненных сделок коррупционеры переходят к организованным и скоординированным действиям, объединяясь в преступные сообщества, образующие коррупционные сети.

Коррупция теснейшим образом связана с организованной преступностью, чего, к сожалению, никак не учитывают ни Национальная стратегия, ни Национальные планы противодействия коррупции 2008, 2010 и 2012 гг. Коррупция в связке с организованной преступностью превращается в устойчивую систему, способную развиваться и самовоспроизводиться. Она вырабатывает и создает механизмы, делающие ее живучей в условиях противодействия со стороны контрольных, надзорных, правоохранительных и правоприменительных органов. Пораженная коррупцией часть чиновников смыкается с преступным миром, чтобы сообща и целенаправленно разлагать, подкупать и подчинять как раз те органы государства и общества, которые должны обеспечивать их безопасность, - судебную систему и прокуратуру, органы госбезопасности и представительную власть. Для этих целей используются и средства массовой информации.

Ключевой вопрос, который возникает в связи со сказанным: как далеко на самом деле в России зашел коррупционный процесс, какова степень криминально-коррупционного перерождения российского государства? Исследование данных проблем применительно к Дальнему Востоку России представляет особую значимость: Дальний Восток находится в центре Азиатско-Тихоокеанского региона и все более интенсивно вовлекается в многообразные экономические, политические и культурные связи. Свидетельством этой значимости явился форум АТЭС (APEK), прошедший в сентябре 2012 г. во Владивостоке.

Представляемая вниманию читателя работа является творческим продолжением других, ранее выполненных исследований, и посвящается 15-летию деятельности Владивостокского Центра по изучению организованной преступности и коррупции.

Авторы книги - преподаватели Дальневосточного федерального университета (ДВФУ), сотрудники ВЦИОП (В.А. Номоконов, Л.Д. Ерохина, В.О. Чернышова) при активном участии коллег, кандидатов юридических наук А.М. Железнякова, Г.Ф. Маслова (Хабаровск), кандидата экономических наук С.Е. Лелюхина.

Методика исследования. Обоснованность и достоверность выводов, содержащихся в представленном исследовании, обеспечены комплексным применением общенаучных и частнонаучных методов, а именно: диалектических законов, логического анализа и синтеза, обобщения, индукции и дедукции, формально-юридического, статистического, а также некоторых социологических методов: опроса, изучения документов, экспертных оценок.

Эмпирическую основу исследования составили:

  • материалы изучения уголовных дел о преступлениях, совершенных организованными преступными группами, бандами, преступными сообществами, рассмотренных судами Дальнего Востока за период с 2001 по 2011 г.;

  • результаты анкетирования сотрудников органов внутренних дел Дальневосточного региона;

  • результаты анкетирования работников прокуратур Дальневосточного региона;

  • статистические данные Главного информационно-аналитического центра МВД РФ, за период с 2001 по 2011 г.;

  • контент-анализ печатных и электронных средств массовой информации Дальнего Востока за период с 1991 по 2011 г.

В целях сравнения также использовались опубликованные данные криминологических исследований, проводимых другими авторами.

Авторы выражают надежду, что очередная работа исследователей Владивостокского Центра по изучению организованной преступности и коррупции внесет свой вклад в копилку информации о серьезнейшей социальной проблеме как России, так и всего мирового сообщества, в дело укрепления культурного, социального, экономического и правового сотрудничества различных стран.

Глава 1. Организованная преступность: общая характеристика1.

Последнее десятилетие ХХ века и начало ХХ1 века во всем мире и России стали временем – как справедливо замечает профессор А.И. Долгова - триумфа преступной среды2. В самой же криминальной среде отчетливо проявилось новое опасное свойство – организованность, проявляющаяся прежде всего в организованной преступности (ОП). Последняя для России в настоящее время представляет довольно острую и масштабную политическую проблему, которая требует от государства определения и реализации основных направлений стратегии борьбы с ней, адекватной возникшей угрозе. Во многом это произошло потому, что это опаснейшее явление сегодня уже приобрело не только и не столько внутренний, сколько транснациональный, глобальный характер. Не случайно международное сообщество все более настойчиво ищет пути решения этой проблемы. Это нашло выражение, в частности, в принятии в конце 2000 г. Конвенции ООН против транснациональной организованной преступности.

Как было отмечено на 12 Конгрессе ООН по предупреждению преступности и уголовному правосудию (2010 г.), организованная преступность превратилась в вид деятельности, макроэкономические аспекты которой сравнимы с национальным доходом многих стран и товарооборотом крупнейших корпораций мира.  В самые трудные времена кризиса, когда банки списывали убытки десятками миллиардов долларов, многие из них были "спасены" деньгами организованной преступности.
§ 1. Развитие организованной преступности в СССР и России. Понятие и признаки организованной преступности.

В России феномен организованной преступности превратился в весьма значимый социальный фактор еще в советское время - к концу 80-х годов прошлого века. По мнению многих специалистов, симптомы этого явления начали проявляться значительно раньше – в эпоху позднего социализма - но, как и многие другие негативные явления и тенденции того времени, имевшие место в бывшем СССР, властью всячески замалчивалась или подавались в качестве всего лишь некоторых издержек.

Проблема организованных группировок и совершаемых ими преступлений рассматривалась российскими учеными еще задолго до периода реформ, в самом начале семидесятых годов, т.е. почти за двадцать лет до введения рыночных отношений. Тогда обращалось внимание на преступные объединения, организованные группы, совершавшие одни из самых опасных для того времени преступления — хищения социалистического имущества.

Признание факта существования организованной преступности в СССР произошло в 1989 году. Впервые в официальном документе государства, а именно в Постановлении Верховного Совета СССР от 4 августа «О решительном усилении борьбы с преступностью» было указано, что «в стране резко возросла преступность, в том числе организованная».

За минувшие 20 с лишним лет организованная преступность в России претерпела существенные изменения, в результате которых значительная часть организованных преступных формирований (ОПФ) отошла от совершения общеуголовных преступлений и внедрилась в легальное бизнес-сообщество. Обогатившись за счет того, что не было своевременно обеспечено государством (безопасность, арбитраж, охрана собственности), ОПФ стали владельцами значительных капиталов, успешное использование которых стало все более зависеть от законов рыночной экономики. В результате некоторые ОПФ постепенно превратились в региональные бизнес-группы. Переориентация на легальный бизнес сопровождалась привлечением кадров из правоохранительных органов и специальных служб для охраны собственности, а также использованием юристов для правового оформления деятельности или решения имущественных споров.

Проведенная либерализация экономики и приватизация государственной собственности позволили преступным группировкам легализовать теневые доходы и проникнуть в различные отрасли сферы хозяйственной деятельности. Многие высокодоходные предприятия находятся под их контролем либо поставлены в какую-либо зависимость от созданных ими легальных коммерческих структур.

Касаясь некоторых особенностей формирования и развития организованной преступности в постсоветской России, российские эксперты констатируют, что она эволюционировала гораздо быстрее, чем государство находило эффективные средства противостоять криминальной экспансии. Преступные группы и сообщества оказались более гибкими в реализации своих замыслов. Опираясь на разветвленную сеть криминально ориентированных и подконтрольных коммерческих предприятий и организаций, а также на коррумпированные связи в структурах власти, сегодня они не только удерживают под своим влиянием некоторые сферы и даже отрасли экономической деятельности, но и стремятся расширить источники незаконного обогащения за счет внедрения в хозяйственные комплексы других государств.

Как отмечают специалисты, еще на начальном этапе своего формирования российская организованная преступность фактически сразу же приобрела статус достаточно реальной социальной угрозы. Она не только стала катализатором криминальной напряженности и наиболее ярким ее выразителем, но непосредственно отразилась и на жизненном уровне значительной части населения.

Нельзя не отметить, что за последнее двадцатилетие организованная преступность эволюционировала от статуса влиятельного криминогенного фактора, усиливающего социальную напряженность в обществе, к относительно самостоятельной социально-политической системе, уже даже пытающейся диктовать многие направления государственной политики.

За относительно непродолжительный по историческим меркам период с начала 90-х годов прошлого века российская организованная преступность вышла из скрытого состояния, по ряду параметров легализовалась, приобрела определенные черты социальных институтов. За десять лет количество известных правоохранительным органам организованных преступных групп возросло многократно.

Особенностью развития российской организованной преступности является то, что она в значительной мере формировалась на базе неурегулированных экономических отношений и ориентирована прежде всего именно на экономический комплекс. Преступным сообществам в той или иной мере подконтрольны до нескольких десятков тысяч промышленных и иных предприятий, производящих – по экспертным оценкам - около 40% национального валового внутреннего продукта, в том числе в таких общественно значимых отраслях и секторах экономики, как добыча и переработка энергоносителей, драгоценных металлов и минералов, легкая и пищевая промышленность, торговля. Многие криминальные авторитеты являются учредителями или хозяевами вполне легальных предприятий и банковско-финансовых организаций.

Понятие и признаки организованной преступности. Борьба с организованной преступностью (ОП) предполагает ее доктринальное и - что еще лучше – законодательное определение. Надо сказать, что эта проблема пока остается открытой. Ни мировое сообщество, ни отдельные государства пока не могут похвалиться законодательным или научным определением, которое устроило бы теоретиков и практиков, сняло спорные и неясные моменты.

(1). Как современная российская криминология определяет организованную преступность? Российские криминологи давно обратили внимание на то, что последняя (ОП) не сводима к простой сумме отдельных преступных группировок, даже устойчивых, это - качественно иное образование.

В наиболее широком смысле ОП принято рассматривать как форму незаконного предпринимательства, подпольную экономическую систему. В этом плане эксперты ООН определяют ОП как "одну из форм экономического предпринимательства, осуществляемую с помощью противозаконных средств, связанных с угрозой применения физической силы или ее использованием, вымогательством, коррупцией, шантажом и др. методами, а также использованием незаконно производимых товаров и услуг". С других позиций данное явление характеризуется как "серия сложных уголовных видов деятельности, осуществляемых в широких масштабах организациями и другими группами, имеющими внутреннюю структуру, которых толкает на это, главным образом, получение финансовой прибыли и приобретение власти"2.

В российской криминологической литературе вошло в научный оборот определение, предложенное А.И. Гуровым: ОП - "это относительно массовое функционирование устойчивых управляемых сообществ преступников, занимающихся совершением преступлений как промыслом (бизнесом) и создающих с помощью коррупции систему защиты от социального контроля"3.

В проекте Федерального Закона "О борьбе с организованной преступностью" предлагалась целая система взаимосвязанных понятий, характеризующих разные формы проявления ОП. Правильное их уяснение возможно только при сопоставлении друг с другом, так как они носят взаимосвязанный характер. Так, ОП определяется лаконично как "создание и функционирование организованных преступных формирований; организованных групп, банд, преступных организаций и преступных сообществ; их преступная деятельность". Преступная деятельность, соответственно, определяется как "система деяний с заранее обдуманным умыслом по приготовлению, покушению, совершению одного или более преступлений, предусмотренных статьями Особенной части УК ... а также по легализации и приумножению преступных доходов.

Ранее мы уже высказывались по поводу известного несовпадения правовых и криминологических понятий. Правовые понятия, совпадая по объему с криминологическими, должны отличаться большей формализованностью, краткостью, акцентированностью на правовых аспектах. Такой подход нашел поддержку в литературе.

Не имея возможности и не ставя цели останавливаться на анализе предлагаемых в литературе дефиниций, приведем лишь авторскую трактовку определения названного явления.

В правовом аспекте организованная преступность, согласно имеющимся законопроектам, может быть определена как создание и функционирование системы организованных преступных формирований: организованных групп, банд, преступных организаций и преступных сообществ, а также их преступная деятельность.

В криминологическом аспекте последняя может быть представлена как сплочение, консолидация преступной среды на определенной территории посредством подавления легитимных структур и тем самым вытеснения (замены) государства в целях извлечения сверхдоходов и приумножения преступного капитала.

Более развернуто ОП можно определить как сплочение, консолидацию преступной среды: в целях извлечения сверхдоходов (криминального капитала); посредством создания устойчивых организационных структур – «преступных предприятий» путем (а) перерождения государственных структур и (б) создания криминальных образований; с помощью подкупа (коррупции), психического и физического насилия, устранения конкурентов и т.п.; имеющее своим последствием вытеснение или подмену государства и его функций.

ОП в своем арсенале имеет систему средств- «шагов»: средство № 1 – создание организационных структур; средство № 2 – «вытеснение» конкурентов и далее – и в том числе - государства путем подкупа, запугивания и устранения.

К ОП как социальному явлению в широком смысле следует относить всю совокупность организованных преступных формирований, имея в виду как «нижние», так и ее «верхние этажи» в виде сплочения группировок в единое управляемое и координируемое криминальное пространство, т.е. преступные организации и преступные сообщества.

Представляется правильным замечание проф. А.И. Долговой о том, что ОП – это не вид преступности наряду с другими ее видами (экономической, насильственной и т.п.), а проявление особого качественного состояния и преступности, и общества в целом (выделено мной – В.Н.). Организованная преступность определенным образом «сцепляет» отдельные преступления и их виды, интегрирует их в единую систему. Это, прежде всего, система организованных преступных формирований, их отношений и широкомасштабной преступной деятельности4. ОП является закономерным этапом - это обстоятельство подчеркивают многие специалисты - развития преступности как социального явления в его тесной связи с процессами, происходящими в обществе в целом.

Наиболее емкое и содержательное определение ОП сформулировала А.И. Долгова. «Собственно организованная преступность - это сложная система организованных преступных формирований с их широкомасштабной преступной деятельностью и созданием для такой деятельности наиболее благоприятных условий, использующая как собственные структуры с управленческими и другими функциями по обслуживанию этих формирований, их деятельности и внешних взаимодействий, так и государственные структуры, институты гражданского общества»5. А.И. Долгова подчеркивает, что такого рода система - качественно новое явление по сравнению даже с преступным сообществом и преступной организацией. Понятие «система» отражает вовсе не простое множество организованных формирований, но их органическую целостность, наличие устойчивых взаимосвязей между ними разного характера на базе обеспечения преступной деятельности и наиболее благоприятных условий для ее развития, легализации и приумножения преступных доходов.

«В эту систему вовлечена немалая часть населения и по существу организованная преступность представляет собой альтернативное общество со своей экономикой, социальной и духовной сферами, своими системами управления, безопасности, формирования молодого поколения, судами, своей внутренней и внешней политикой»6.

В ряде регионов России отмечаются факты раздела сфер влияния между криминальными сообществами, в том числе устранение других преступных групп, пытающихся действовать на этих территориях, создания общих денежных фондов для воспроизводства преступной деятельности и подкупа должностных лиц. Тем самым создается некая субстанция криминальной власти, которая все более и более внедряется в легитимные государственные институты. Для России, например, в этом смысле характерны как попытки путем подкупа найти покровительство государственных чиновников, так и прямого вхождения в легитимные органы власти. В частности, зафиксированы неоднократные случаи, когда преступные авторитеты выдвигали себя или подконтрольных им лиц на муниципальных, региональных и даже федеральных выборах в законодательные и исполнительные органы власти. Кстати, практически открытое продвижение преступными группами и сообществами своих представителей в органы законодательной и исполнительной власти является весьма характерной особенностью российской организованной преступности. По данным МВД России, несколько сотен лиц, в течение последних лет баллотировавшихся на избрание в органы законодательной и исполнительной власти как на федеральном, так и местном уровне, привлекались к ответственности за совершенные уголовные преступления, причем у некоторых даже не была снята или погашена в установленном порядке судимость.

К сожалению, и в России, и в других странах при возникновении подобных ситуаций криминального управления отдельными сферами или территориями, законодательные и правоприменительные органы не смогли своевременно среагировать на них, чтобы радикально изменить складывающееся положение.

(2). Признаки организованной преступности. Раскрывая признаки ОП, разные авторы называют разное их число и интерпретируют последние по-своему. Так, многие исследователи полагают, что в числе неотъемлемых признаков ОП находятся следующие: устойчивый, постоянный, плановый, конспиративный характер деятельности в виде преступного промысла; наличие организационно-управленческих и обеспечивающих структур, иерархии руководства, единых норм поведения; создание системы планомерной нейтрализации всех форм социального контроля; применение специальных методов разведки и контрразведки; наличие централизованных крупных денежных фондов; тенденция к постоянному расширению сфер деятельности7.

Г.Ф. Маслов, ссылаясь на зарубежных исследователей, особо выделяет такой признак, как «формальность». Необходимость его включения подтверждается и региональным исследованием, проведенным автором. Анализ экономической деятельности лидеров организованной преступности Дальнего Востока показывает, что каждая группировка имеет ряд собственных коммерческих структур. К примеру, некоторые лидеры организованных преступных группировок имеют до десятка собственных фирм, что позволяет им использовать права юридических лиц, выходить на международную арену. По мнению Г.Ф. Маслова, признак «формальности» проявляется в двух аспектах: во-первых, в создании «формальных» организаций юридических лиц с целью занятия преступной деятельностью и, во-вторых, в использовании прав уже созданного юридического лица в чьих-либо преступных интересах. Примером таковых могут служить различные фирмы, создаваемые авторитетами преступного мира8.

По мнению проф. В.В. Лунеева, организованную преступность целесообразнее всего рассматривать как совокупность взаимосвязанных характеристик, в структуре которых организованность является главной.

В этом плане организованное преступное формирование понимается как устойчивое объединение лиц, в котором имеются (или формируются):

организатор (руководитель, главарь, пахан, крестный отец) или руководящее ядро; определенная иерархическая структура, отделяющая руководство от непосредственных исполнителей; более или менее четкое распределение ролей (функций); жесткая дисциплина с беспрекословным подчинением по вертикали, основанная на собственных законах и нормах, в том числе и на законе молчания; система жестких наказаний, вплоть до физического устранения; общая финансовая база (общак); нейтрализация и возможное коррумпирование правоохранительных и иных государственных органов для получения необходимой информации, помощи и защиты; профессиональное использование основных государственных и социально-экономических институтов в целях создания видимости законности своей преступной деятельности; распространение устрашающих слухов о своем могуществе; создание такой структуры управления, которая избавляет руководителей от необходимости непосредственной организации или совершения конкретных преступлений; совершение любых преступлений при доминирующей мотивации достижения корыстной цели и контроля в какой-то сфере или на определенной территории для той же наживы и безопасности9.

Приведенные признаки ОП показывают это явление как с содержательной стороны, так и функциональной.

(3). Уровни организованности ОП. Организованная преступность - сложное многоуровневое социальное явление, имеющее свою специфическую структуру, "внутреннее строение". А.И. Долгова предложила выделять три различных уровня организованности в преступности. Первый уровень - самый низший. Преступление хотя и совершается организованной преступной группой (ОПГ), но в ней при всей ее сплоченности и устойчивости нет сложной структуры, иерархии, функции организаторов и исполнителей четко не распределены. Надо иметь в виду, что подобные одиночные группы заметно уступают другим преступным формированиям, которые включены в более высокие уровни организованности по степени своей опасности.

Второй уровень организованности преступной деятельности представляет собой иерархическое построение определенных групп, иногда их конгломерат. Особенность таких групп - в том, что на этом уровне последние активно вторгаются в официальные структуры общества и используют эти структуры в своих криминальных целях. Такие группы можно назвать преступными организациями (ПО).

На третьем уровне организованности речь идет об организации преступной среды, консолидации ее лидеров в преступные сообщества. На этом уровне завершается отделение функции организации и руководства преступной деятельностью от непосредственного, традиционною соучастия в совершении конкретного преступления. Лидеры преступной среды уже, как правило, не совершают конкретных преступлений, заняты выработкой общей линии поведения, стратегии и взаимной поддержки. Наиболее известны преступные сообщества "воров в законе"10.

Проф. А.И. Долгова уточняет, что преступное сообщество в строго криминологическом смысле – это не вышестоящая инстанция по отношению к другим преступным формированиям, а некий постоянно функционирующий координационный орган, имеющий и черты «криминального профсоюза» для преступников-профессионалов, и черты партии, поскольку оно обеспечивает проведение совей политики через государственные органы и иные политические институты влияя тем самым на политические процессы в стране11.

Ст. 35 УК РФ определяет, что такое организованная преступная группа. Речь идет об устойчивой группе лиц, заранее объединившихся для совершения одного или нескольких преступлений. К сожалению, авторы нового УК не сумели увидеть разницу между следующими уровнями организованности преступных группировок. «Преступное сообщество» и «преступная организация» употребляются как синонимы, что явно противоречит криминологическим реалиям. Изменения, внесенные в ст. 35 УК законом от 3 ноября 2009 г., к сожалению, не устранили отмеченного недостатка.

В ст. 35 УК (в редакции Закона от 3 ноября 2009 г.) преступное сообщество определено как структурированная организованная группа или объединение организованных групп, действующих под единым руководством, члены которых объединены в целях совместного совершения одного или нескольких тяжких либо особо тяжких преступлений для получения прямо или косвенно финансовой или иной материальной выгоды. Специалисты справедливо обратили внимание на явное несовершенство новой редакции названной статьи и ее несогласованность со ст. 210 УК (например, произошло необоснованное сужение круга тяжких и особо тяжких преступлений, которые совершают преступные сообщества, неясна правовая оценка преступных организаций, создаваемых в иных целях и т.д.)12.

Законопроект «О борьбе с организованной преступностью» занимает более четкую и криминологически обоснованную позицию. Так, под бандой понимается вооруженная организованная группа.

Преступная организация - объединение лиц, либо организованных групп, либо банд для совместной преступной деятельности с распределением между участниками функций по:

а) созданию преступной организации либо руководству ею;

б) непосредственному совершению преступлений, предусмотренных статьями Особенной части УК;

в) иным формам обеспечения создания и функционирования преступной организации.

Преступное сообщество - объединение организаторов, или руководителей, или других участников преступных организаций, или организованных групп, или банд, или иных лиц для совместной разработки либо реализации мер по координации, поддержанию, развитию преступной деятельности соответствующих формирований или лиц, либо мер по созданию благоприятных условий для преступной деятельности занимающихся ею лиц, организованных групп, банд, преступных организаций, а также по организации совершения тяжких преступлений в указанных целях.

Можно подвергнуть критике приведенные выше определения, указав, например, на недостаточную определенность некоторых признаков, на то, что трудно в рамках конкретного уголовного дела установить, какое именно формирование представлено в нем. И все же - это гораздо больше, чем тот вакуум, который сейчас наблюдается.

Элементы структуры преступной организации, в конечном счете, лучше всего представить в виде трех основных звеньев - организационно-управленческого, организационно-вспомогательного и непосредственно-исполнительского.

Организационно-управленческое звено включает в себя два блока: стратегическое управление и текущее управление. Стратегическое управление заключается в разработке общей стратегии преступной деятельности; общих тактических приемов и средств совершения преступлений; в концентрации средств преступной организации и контроле за их поступлением и расходованием; разработке общих мер противодействия правоохранительным органам.

Текущее управление состоит во внедрении конкретных приемов и методов преступной деятельности; руководстве конкретными видами преступной деятельности; учете средств ОП и поиске каналов их вложения; контроле за соблюдением участниками по общих неформальных норм; решении "кадровых" вопросов, вербовке новых членов и т.п.

Организационно-вспомогательное звено заключается в обеспечении безопасности и эффективном функционировании. Это, во-первых, контрразведка; нередко это профессиональные преступники, ранее неоднократно судимые. Во-вторых, это коррумпированные связи, с помощью которых происходит утечка информации об оперативно-розыскной деятельности правоохранительных органов, изъятие и уничтожение отдельных процессуальных документов или даже целых уголовных дел, добываются сведения о потерпевших и свидетелях с целью оказания на них давления и т.п. В-третьих, это разведка. Она заключается в поиске объектов преступной деятельности, проверке будущих "клиентов"; это добыча информации о финансовых возможностях той или иной коммерческой структуры, на которую собираются "наезжать" преступники, о ее деловых связях и т.д.

Непосредственно-исполнительское звено ("бригада") - заключается в подготовке и совершении конкретных преступлений. Звено выполняет следующие основные функции: руководство исполнительскими группами и совершением конкретных преступлений; транспортировка, охрана, реализация предметов, добытых преступным путем; деятельность посредников и связников; исполнительские функции, т.е. непосредственная подготовка и совершение конкретных преступлений1.

В преступном сообществе как наиболее высоком уровне организованности преступной среды получают свое завершающее воплощение и развитие общие признаки ОП. Кроме общих черт, ПС приобретают и новые, свойственные, как правило, только им. В их числе: четкое разделение организационно-управленческих и исполнительских функций; сращивание теневой экономической деятельности с уголовщиной; связь с коррумпированными чиновниками; наличие общих криминальных сфер влияния и контроля. По последнему признаку все ПС можно классифицировать на региональные сообщества, контролирующие на определенной территории преступный бизнес, а также определенные виды легального бизнеса и отраслевые сообщества, контролирующие определенные сферы экономики и другой деятельности2.

  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   17

Похожие:

Владивостокский центр по изучению организованной преступности iconВ монографии, созданной коллективом авторов при участии Владивостокского...
Представляемая вниманию читателей новая книга Владивостокского Центра по изучению организованной преступности содержит результаты...

Владивостокский центр по изучению организованной преступности iconПрограмма: «Исследовательские проекты молодых ученых» отчет о результатах...
Саратовский центр по исследованию проблем организованной преступности и коррупции

Владивостокский центр по изучению организованной преступности iconОтчет о публикациях в Уральской региональной прессе по проблеме коррупции...
Челябинский центр по исследованию проблем противодействия организованной преступности и коррупции

Владивостокский центр по изучению организованной преступности iconЮжный Федеральный Университет Саратовский центр по исследованию проблем...
Разогреева А. М., к ю н., доцент, доцент кафедры уголовного права и криминологии юфу

Владивостокский центр по изучению организованной преступности iconРабочая программа дисциплины (модуля) Инновационные проблемы совершенствования...
...

Владивостокский центр по изучению организованной преступности iconПравительство Российской Федерации Государственное образовательное...
Особенности криминологической характеристики женской преступности в структуре преступности несовершеннолетних

Владивостокский центр по изучению организованной преступности iconИскренне поздравляю вас с 20-летием со дня образования Управления...
В смутное время, став адекватным ответом мвд бандитскому беспределу, разгулу преступности и беззакония. Без всяких проволочек и отговорок...

Владивостокский центр по изучению организованной преступности iconМетодическое пособие введение
Сектором психологических проблем борьбы с преступностью Всесоюзного института по изучению причин и разработке мер предупреждения...

Владивостокский центр по изучению организованной преступности iconАдминистративный регламент краевого государственного бюджетного профессионального...
Среднего профессионального образования «Владивостокский базовый медицинский колледж» при предоставлении государственной услуги по...

Владивостокский центр по изучению организованной преступности iconУчебно-методический комплекс по дисциплине «Проблемы борьбы с организованной преступностью»
Учебно–методический комплекс по дисциплине «Проблемы борьбы с организованной преступностью» подготовлены в соответствии с требованиями...

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:


Все бланки и формы на filling-form.ru




При копировании материала укажите ссылку © 2019
контакты
filling-form.ru

Поиск